|
Фотография может быть не только обычным занятием или удовольствием, как полагают многие.
В фотографии имеется ряд свойств, которые могут быть осмыслены в качестве новых феноменов, помогающих раскрытию природы человека.
Можно указать на три таких момента: Первый момент - чисто художественный.
Фото изображает лишь одно мгновение, часто ускользающее от взгляда, привычного воспринимать не моментальность, а длительность процессов. Из-за этого в жизни мы часто не видим новых ракурсов, неожиданных ситуаций, характерности лиц.
Изучение характеров по моментальным изображениям в состоянии гнева, апатии, речения и т.п. дает нам важный инструмент познания различных сторон человеческой личности.
Фотоизображение лиц может исследоваться математически, расчетом различных пропорций лиц и фигур и изучением влияния на них различных ситуаций. Фотомонтаж, сознательное техническое изменение пропорций и сочетаний расширяет эти возможности.
Моментальность фотографии интересно сравнить с художественным портретом (того же лица). Художник запечатляет на полотне характерно-усредненную специфику человека, то есть самобытность, развернутую во времени. Слагаемые же этой самобытности ускользают как в пространстве (детали портрета), так и во времени (жизни человека). Фотохудожник как бы фотографирует наиболее типичное, сводя его воедино в портрете, тогда как фотография изображает специфическое и неповторимое.
Еще большее значение имеет символичность фото. Что лучше: черно-белая фотография, или цветной кинофильм? Сначала кажется, что фильм, но это не совсем точно.
Чтобы сравнивать - надо выбрать основание для сравнения. Совершенно очевидно, что пока таким основанием является адекватность отображения отображаемому, цветное кино своим изобразительным рядом ближе к изображаемым процессам, чем черно-белая фотография. Однако, в живописи, например, меньшая адекватность (изображаемому) модернизма, чем реализма не является аргументом в пользу последнего
Более того, непохожесть изображения на изображаемое в модернизме является средством проникновения в сущность этого (изображаемого) символическими методами.
Разница между изображенным и изображаемым создает некоторое "пространство" связующие нити которого являются объектом созерцания и анализа наблюдателем. Черно-белая фотография является символизирующим средством обобщающего типа. Ведь тут многообразие цветов сводится к варьированию лишь двух тонов, уярчается абрис ситуации, отношение изображаемого общего к деталям этого общего повышается.
Так, на некоторых (менее качественных!) фото узнаваема лишь ситуация в целом, и только она. (Это обстоятельство заставляет усиливать художественный контекст; фотографы заключают снимок в размытые рамки; используют мягкие тона, вуалирующие детали и т.д.
Художественность снимка усиливает его символичность-общность. Акцент на целое, а не на детали, позволяет воспринимающему воспроизвести ситуацию не только на уровне сознания, но и подсознания, вследствие чего формируется особая форма восприятия. Элементы "духовной атмосферы", "прочувствования" ситуации удачно дополняют вербальное восприятие изображенной информации. Здесь становится возможным глубокое вживание в изображенные ситуации, образы.
Цветная фотография слишком похожа на изображенную ситуацию, что подчеркивает (лишь) преимущество бытия в ситуации перед воспоминанием о ней (по фото). Воспоминание, воспроизведение лишается здесь специфической ценности.
Наконец, следует рассмотреть третью особенность - темпоральность фотоизображения. Под темпоральностью здесь понимается отношение "времени восприятия определенного временного промежутка", то есть отношение времени восприятия фотографии к длительности изображенному на ней времени.
Обычные интервалы фиксации изображений фотоаппаратом колеблются от 1/30 до 1/500 сек., но с точки зрения восприятия они одинаковы, причем, начиная с 0,1 сек. и менее. Именно такие интервалы движущихся объектов (в том числе мимических движений лица) являются для созерцания мини- мальными, "мгновенными" (с определенной долей условности, конеч- но). Условно-минимальное время восприятия, узнавания (идентификации) сфотографированной ситуации составляет (где-то) 10 секунд. Коэффициент темпоральности, следовательно, = 100. Увеличение времени созерцания фотоизображения ведет, понятно, к росту коэффицента. С практической точки зрения это может означать более глубокую вживаемость в ситуацию, детальность ее изучения и т.д. и т.п. Очень интересные результаты здесь можно получить, сопоставляя непосредственное восприятие ситуации с воспоминанием о ней (1), с ее фотоизображением (2) и с воспоминанием об этом изображении (3).
Здесь есть место и познанию, и медитации, и внутреннему эксперименту. Кстати сказать, примеры темпорального "фотографического" видения можно привести из повседневной жизни. Созерцание руин Римского колизея, скажем, есть "моментальный срез" эпохи, ее символизация. Ведь такое созерцание совершенно аналогично созер- цанию ее фотоизображения. Так обстоит дело с неподвижными объектами.
Совсем другое дело - движущиеся, а тем более перманент- но-движущиеся (как мимика лица). Здесь непосредственное созерцание ситуации никак не заменит фотографического. Непостижимо-феноменальным представляется возможность темпорального изображения движения в целом на фото. Ведь на снимке всегда изображен один момент времени (все те же 0,1 сек., или что-то близкое к этому, то есть минимально различимый отрезок времени), а технически при этом можно получить изображение отрез- ка времени 2,3,5 и более секунд (соответствующей выдержкой). Таким образом, получается, что перед нами - мгновенное изображение длительности (!) Известно при этом, что на снимке такого рода движущийся предмет показан во всей полноте движения - изображен и начальный) промежуточные, и конечный отрезок движения, причем (что еще более удивительно) не дискретно, а континуально! Иными словами, перед наблюдателем мгновенное изображение непрерывности движения.
Замедленная кинотехника дает другой результат: там движение всегда дискретно, покадрово, темпоральность движения тем самым утрачивается на движущейся киноленте в целом и частично (сохраня- ется только символического типа - см. выше) на каждом отдельном кадре (который по существу есть тот же фотоснимок). Т.о. время в фотографии «замораживается», что не мешает ему быть воспринимаемым сколь угодно долго (во времени наблюдателя фотоизображения. Возникает возможность наблюдать как бы одно время в другом (время события фотоизображения и время восприятия этого же изображения).
В результате – мы можем воспринимать это прожитое событие не просто еще и еще раз, а с модификациями, т.е. видеть все новые и новые детали события, зафиксированного в кадре. Это похоже на неоднократное чтение старой любимой книги, в которой каждый раз открывается что-то новое. С той существенной разницей, что у нас образуются «два времени» - и оба реальных: одно – время сфотографированного события, другое – время созерцания его в фотоизображении. Так фото изменяет саму природу времени, ведь мы привыкли, что время – единственно для всех и течение его одинаково для всех, но в случае с фотографией это фундаментальное «положение вещей» меняется – событие возвращается к нам фактически в своей первозданности с фактической стороны, но совершенно видоизменившись с точки зрения «обстоятельств времени». В этом смысле фотографию можно понимать как «объективную память», упрямую как факты, и ничуть не менее яркую картину чем любые «реальности».
|
